Иди и смотри

Какой пример подает нам Польша?
Евгений Фиалко
(Окончание. Начало в №40-­43)
Что такое хорошее самоуправление?
Каждый человек основную часть своих жизненно важных вопросов решает в пределах той территории, на которой он проживает. Казалось бы, поэтому территориальные громады должны иметь максимальные права и возможности. На самом деле, все далеко не так, как хочется. В посттоталитарных государствах по­прежнему существует жесткая пирамида власти, когда сверху диктуется и контролируется все, до мелочей. Естественно, внизу нет ни желания, ни стимула проявлять какую­то активность, зачастую действует старый коммунистический принцип «инициатива наказуема».

В развитых демократических государствах эта пирамида перевернута верхушкой вниз — здесь все строится по принципу субсидарности, вспомогательности. В центре человек, как основной субъект всех отношений. В Польше, например, каждый житель может оспорить в суде в течение двух недель любое решение местного совета, если оно ущемляет его законные права. Местный орган власти, исходя из принципа субсидарности, занимается тем, что отдельный человек сделать не в силах. Районный совет — тем, что не может сделать городской совет, областной — тем, что не могут сделать нижестоящие советы, и т.д. Этот принцип является основным в деятельности государств­членов Европейского Союза.

В свободном обществе территориальная громада способна решить любые задачи. Один из ярких примеров дает нам история Дружковки. В 1768 году, когда вся степь пылала в огне от набегов крымских татар, запорожские казаки, жившие в наших местах, вместе с вольнопереселившимися крестьянами, отстояли в страшном сражении (на одного украинца приходилось по три татарина) Дружковку. Отстояли своими силами, не ожидая помощи от государства, действуя по законам западноевропейских вольных городов.

Однако, утратив свободу, мы потеряли способность к самореализации и не только не готовы к активному сопротивлению, но, наоборот, в минуту опасности ведем себя как варвары. Так было, например, в 1918 году, когда с подходом германских войск мы своими руками уничтожили один из лучших металлургических заводов на юге России. Так было и в 1941 году, когда в течение суток между уходом нашей армии и приходом фашистов, мы громили свой город и тащили все, что только можно было. Опустившись с вершин казацкой вольницы до крепостного и коммунистического рабства, мы просто обязаны сейчас оттолкнуться от дна и начать обратный путь.

Конечно, выздоровление будет долгим и трудным — значительно быстрее выходят новые законы, чем перестраивается мышление. Наши партнеры в Польше справедливо считают, что без движения снизу реальные изменения в обществе никогда не наступят. Польша начала готовиться к нынешнему прорыву в «высшее общество европейских государств» с конца 70­х годов прошлого века, с создания «Солидарности», в которую вошло 10 миллионов человек. А что делали в это время мы?..

Безусловно, движение к обновлению должно быть обоюдным: сверху и снизу — чтобы взять в клещи нашу бедность, коррупцию, равнодушие к собственной судьбе — и вырвать раз и навсегда.

Поляки готовы помогать нам, предложив, в частности, программу «Прозора Польща», проверенную на собственном опыте — как сделать работу местных органов власти прозрачной. В ней участвовала треть местных советов — около 700 гмин. Из них 400 прошли этот путь от начала до конца и получили соответствующие сертификаты — заметьте, не из рук государства, а из рук общественных институтов. Такова степень заинтересованности местных руководителей в том, чтобы наполнить свою работу новым содержанием. Как признались польские чиновники, поначалу они шарахались от предложения включиться в эту программу: «Зачем? Ведь наша зарплата от этого не увеличится!» Однако сейчас они говорят, что им не только стало легче работать, не только выросли их собственная самооценка и доверие простых граждан, но и поднялся интерес инвесторов к тем городам, где власть пошла по пути «прозрачности».

Основные вопросы, с которыми обращаются люди в местные органы власти, одинаковые примерно везде: поиск работы и претензии к коммунальным службам. Однако если у нас население и власть находятся по разные стороны баррикад и ведут нескончаемую, изнурительную войну, то в Польше их отношения больше похожи на партнерский диалог. В городах, принявших программу «Прозора Польща», в исполкомах созданы, например, специальные бюро обслуживания клиентов, куда вы обращаетесь по любому вопросу. Здесь вам не только предоставят исчерпывающую информацию, но и дадут карточку услуг, где детально расписано, в какие инстанции нужно обратиться, как долго будет решаться ваш вопрос и сколько стоит (или решается бесплатно) ваш вопрос.

Помимо «прозрачности», данная программа включает в себя еще пять принципов: «нетерпимость к коррупции», «сотрудничество с общественными организациями», «перспективное планирование», «профессионализм» и «отчетность».

Несколько лет назад Польша стала помогать внедрять аналогичную программу в Украине — «Прозора Україна», на нее потрачено уже около 500 тысяч евро. В настоящее время решается вопрос о проведении со следующего года пилотных проектов в 25 городах Украины (по одному из каждой области). На это понадобится около 900 тыс. евро, которые поляки хотят попросить в Европейском Союзе. Однако, учитывая последние события, никто не знает, согласятся ли европейские чиновники финансиоовать данный проект.

Наши в Польше

Одними из самых теплых были, конечно, встречи с нашей диаспорой. Большинство украинцев оказались в этих краях в результате операции «Висла» (1947 год). Часть жителей приграничных сел расселили тогда по Украине (многие, кстати, попали в Донбасс). «Им повезло», — считают в украинской диаспоре. Действительно, никакие блага не могут заменить родину, родной язык...

Как ни кричали в социалистических странах о дружбе братских народов, однако все национальные меньшинства подвергались там жесточайшей ассимиляции. Шанс сохранить свою идентичность появился у них лишь в Евросоюзе, государства которого приняли Хартию малых народов, требующей не только на словах, но и на деле защиты национальных меньшинств. Для этого в государственном бюджете закладываются специальные средства. Чтобы получить статус национального меньшинства, нужно прожить на территории данной страны не менее 100 лет. Украинцы, естественно, такой статус имеют, и теперь к ним нередко обращаются за помощью представители других малых народов.

В Щецине у украинского землячества есть довольно вместительный офис, служивший до начала 90­х годов больницей для советских военнослужащих. Отремонтировав его своими силами, наши земляки проводят здесь большинство мероприятий. В один из последних дней визита побывала в этом центре и делегация украинских журналистов. В непринужденной беседе удалось узнать, что, хотя после принудительного переселения прошло уже более 60 лет, многие украинцы не забыли ни свою родину, ни свой язык. Здесь, в этом центре, обучают украинскому языку, а с 2003 года работает открытый университет «На стыке культур». Каждый год в Щецине проходят Дни украинской культуры, фестиваль культур национальных меньшинств, учительский научный семинар и т.д. Раз в неделю по воеводскому радио звучит одночасовая передача «Посиденьки» (в одной из них посчастливилось участвовать и мне).

По словам руководителя Щецинского отделения Объединения украинцев в Польше Ивана Сырника, в их организации меньше людей, чем в некоторых аналогичных объединениях, но украинцы самые активные и организованные. Однако, как он сказал, любая страна защищает представителей своей нации, только не Украина. Все мероприятия приходится проводить им за свой счет, даже на традиционные фестивали, где присутствует по несколько тысяч человек, Украина денег не дает. Иван Сырник рассказал, как на одно мероприятие приехал по их приглашению (и за их счет) секретарь украинского посольства... и сказал: «Ребята, проведите без меня — я смотаюсь в Берлин, от вас же недалеко»... Тем не менее, украинцы за рубежом всегда старались откликаться, если на их Родине была беда. Так, Щецинская диаспора собрала 30 тонн продуктов, когда разыгралось наводнение в Закарпатье. Полмиллиона гривень было отправлено на лекарства во время эпидемии свиного гриппа в 2009 году, однако ни в первом, ни во втором случаях узнать, дошла ли помощь до пострадавших, так и не удалось.

—Після цього ми прийняли рішення згорнути роботу з державними установами і допомогати тільки окремим людям, — говорит Иван Сырник.

Такое отношение государства приводит к тому, что лишь единицы наших соотечественников пожелали взять официальный статус «украинец за рубежом», зато очень многие не хотят иметь никаких контактов с диаспорой и ищут малейшую возможность «стать полноценным поляком или полькой».

—Мы у вас нічого не просимо, — сказал в заключение рукодитель украинского землячества, — надайте тільки інформацію, що українці у Польщі є.

А учительница украинского языка добавила:

— Якщо є можливість, надавайте позитивну інформацію про Україну, бо так жити дуже важко...

Хочется перефразировать известную фразу: «А кому сейчас (из украинцев) легко?»

P.S. Неделя в Польше подарила огромное количество впечатлений, которые не поместились бы и в более обширной статье, и все же, я думаю, читатель, понял главное: если мы хотим изменений, то должны начинать с главного — с себя. Думай глобально, а действуй локально. Другого пути, как в Европейский Союз, у Украины нет (если мы, конечно, хотим себе и нашим детям счастья). Только злейший враг может тянуть нас в другую сторону.



Понравилась статья? Оцените ее - Отвратительно!ПлохоНормальноХорошоОтлично! (Нет оценок) -

Возможно, Вас так же заинтересует:
Загрузка...

Комментариев еще нет